Выручка "РуссНефти" за 2004 г. ожидается на уровне 1 млрд долл., к сентябрю планируется добыть 10 млн т нефти. Об этом в интервью газете "Ведомости" заявил глава компании Михаил Гуцериев
Выручка "РуссНефти" за 2004 г. ожидается на уровне 1 млрд долл., к сентябрю планируется добыть 10 млн т нефти. Об этом в интервью газете "Ведомости" заявил глава компании Михаил Гуцериев. Далее приводится полный текст интервью.
- Михаил Сафарбекович, покинув пост президента "Славнефти", вы не ушли из нефтяного бизнеса, а создали собственную компанию "РуссНефть". Всего за год "РуссНефть" приобрела приличные добывающие активы. Как вам это удалось?
- "РуссНефть" зарегистрирована сравнительно недавно - 27 декабря 2002 г. У нее несколько частных акционеров - юридических лиц, но я их не назову. В ближайшее время около 20% акций компании может быть выведено на фондовый рынок. Предприятия, входящие в "РуссНефть", добывают 6 млн т нефти, а их извлекаемые запасы составляют 300 млн т. Объем выручки "РуссНефти" за 2003 г. вырос в три с половиной раза. В этом году мы ожидаем выручку около 1 млрд долл., при этом к сентябрю мы планируем добыть уже 10 млн т нефти.
- За счет чего?
- Сейчас "РуссНефти" принадлежат контрольные пакеты семи компаний: "Ульяновскнефти", "Нафтаульяновска", "Ульяновскгеонефти", "Варьеганнефти", "Белкамнефти", ОПК "Недра", а также "Гаолойла", в котором мы владеем 65% и ведем переговоры у выкупе остальных 35%. Но на этом мы не собираемся останавливаться. Мы намерены расширять свое присутствие в Ханты-Мансийском округе, Поволжском регионе и Удмуртии. В этом году мы инвестируем в "Белкамнефть" около 1.0 млрд руб. и увеличим ее добычу до 2.6 млн т нефти в год. Кроме того, в этом году мы инвестируем 32 млн долл. в обустройство новых месторождений, а на следующий год планируется уже 40 млн долл.
Мы не хотим ограничиваться только Россией, нас очень интересует добыча нефти в Иране, Ираке и Судане. Мы ведем переговоры с английскими и другими европейскими компаниями, через которые собираемся выходить в Ирак. Когда я был президентом "Славнефти", госкомпания получила лучшее нефтяное месторождение в Судане и совершенно напрасно после моего ухода от него отказалась.
- Откуда у вас такой интерес к ближневосточным странам?
- По-моему, это очевидно: там много дешевой нефти. У нас есть планы и в Казахстане. Что же касается средств, то у нас есть большие внутренние резервы, и мы также планируем привлекать банковские кредиты. Недавно "РуссНефть" получила кредит на 228 млн долл., часть этих денег также может пойти на покупку новых активов. Всего в этом году на покупку новых активов мы планируем потратить 300 млн долл.
- А с кем вы ведете переговоры о покупке новых активов? Упоминалось об интересе "РуссНефти" к "Белым ночам".
- Мы обсуждаем возможность покупки новых нефтяных активов, расположенных в ХМАО и Поволжье, с шестью компаниями. Могу только сказать, что мы ведем переговоры с Шалвой Чигиринским по поводу покупки пакета акций в Sibir Energy.
- А не боитесь, что, купив долю в Sibir Energy, не сработаетесь с другим акционером компании - "Сибнефтью"?
- А почему я должен бояться "Сибнефти"? Почему мы не должны найти общий язык?
- Большинство добывающих активов, входящих в состав "РуссНефти", ранее принадлежали "Славнефти". Незадолго до вашего ухода из "Славнефти", весной 2001 г. , госкомпания приобрела у "Нафта-Москвы" за 200 млн долл. "Варьеганнефть". В начале 2003 г. ее выкупила "РуссНефть". Ульяновская группа предприятий тоже когда-то принадлежала "Славнефти".
- А что тут такого удивительного? Обе сделки были чистыми. Летом прошлого года "РуссНефть" купила у "Славнефти" ульяновские предприятия за 70 млн долл., а "Варьеганнефть" - за 200 млн долл.
- В прошлом году "РуссНефть" собиралась создать с правительством Белоруссии совместные компании "БелРусснефтепродукт" и "РуссБелнефть" для переработки и добычи нефти. Почему этого не получилось?
- Мы просто не торопим этот процесс - у Белоруссии сейчас много проблем. Но это не значит, что мы передумали, все наши договоренности остаются в силе.
- Почему "РуссНефть" так заинтересована в сотрудничестве с Белоруссией?
- Удачное географическое расположение белорусских НПЗ открывает широкие возможности для работы на основных рынках нефтепродуктов стран Европы и СНГ. Поэтому мы заинтересованы в переработке нефти на белорусских заводах, в частности на Мозырском НПЗ. В то же время мы рассматриваем ряд предложений о переработке нашего сырья и на российских заводах.
- В декабре прошлого года "Славнефть" выступила с контрпредложением к правительству Белоруссии. Она хочет создать СП с "Белнефтехимом", куда Минск внесет контрольный пакет одного из нефтехимических предприятий, а "Славнефть" - добывающие активы.
- Это выглядит вообще смешно. У "Славнефти" и так 50% в Мозырском НПЗ, зачем создавать новое СП? Просто надо привести в соответствие свои взаимоотношения с Белоруссией. И спокойно работать дальше.
- И все-таки с трудом верится, что уже к сентябрю "РуссНефть" добудет 10 млн т нефти.
- Когда я возглавил "Славнефть", компания добывала всего 10.8 млн т нефти в год, я пообещал, что через пять лет она добудет 20 млн т. Но мне никто не поверил. Я ушел из "Славнефти" через два года, а госкомпания добывала в год 16.8 млн т нефти. Запасы "Славнефти" за этот период выросли с 360 млн до 1 млрд т нефти. За тот период, что я возглавлял "Славнефть", запустили реконструкцию Мозырского НПЗ, которая до этого лет пять не проводилась, компания получила кредит Эксимбанка Японии в размере 300 млн долл. на 11 лет для реконструкции "Ярославнефтеоргсинтеза". Количество АЗС увеличилось с 200 до 800. Так что если никаких революций у нас в стране не случится, "РуссНефть" попадет в первую десятку российских нефтяных компаний.
- Вы говорите, что столько трудились на благо "Славнефти". Не обидно было, что ее так дешево продали?
- Эта компания, на мой взгляд, в несколько раз дороже стоит. Вообще, история с аукционом по "Славнефти", на мой взгляд, продемонстрировала не столько силу и административный ресурс тогдашних победителей конкурса, сколько слабость других российских компаний - "Роснефти" и "Сургутнефтегаза".
- А почему вас уволили из "Славнефти" накануне приватизации?
- Мне причины не объясняли. Собственник компании - российское правительство - захотел поменять управление. Оно имеет на это право. Сейчас я частный менеджер, и никто меня не может сместить. Я спокойно ушел с поста главы госкомпании и понял, что просто надо сделать свою компанию. Чтобы больше никогда меня не мог никто из чиновников вызвать и сказать: "Уходи".
- Многие считают, что вам пришлось уйти из "Славнефти" из-за того, что, находясь на посту главы госкомпании, вы слишком сблизились с руководством Межпромбанка.
- Межпромбанк появился гораздо позже. Сейчас у меня прекрасные отношения с руководством Межпромбанка, мы делаем много совместных проектов, но в то время, когда я уходил из "Славнефти", я вообще не знал, кто такой [основатель банка, ныне член Совета Федерации от Тувы Сергей] Пугачев, и не был никогда с ним знаком.
- А разве не вы нанимали на работу в "Славнефть" менеджеров из Межпромбанка? И не назначали первым вице-президентом "Славнефти" Анатолия Барановского из "Роснефти", которому делегировали полномочия президента "Славнефти" на время своего отпуска?
- Я был президентом "Славнефти" и имел право поменять любого менеджера. Государство имело право поменять меня, так почему я не мог менять своих менеджеров? И потом, финансовый директор ушел, и я просто-напросто поставил другого менеджера. Ну взял бы я его не из "Роснефти", а из "ЛУКОЙЛа"?
- А у вас был на тот момент миноритарный пакет акций "Славнефти"?
- У меня лично никогда не было пакета "Славнефти". Но у дружественных мне компаний было около 15%. Они его продали накануне аукциона структурам, близким к нынешним владельцам "Славнефти". Просто те предложили самую большую цену за пакет.
- ТНК-ВР и "Сибнефть" уже почти договорились о разделе "Славнефти", но миноритарии последней все равно волнуются о том, как будут разделены добывающие активы, особенно "Мегионнефтегаз", и как будет осуществляться совместное управление Мозырским НПЗ.
- Это и впрямь непростое дело. Я, например, считаю, что так просто взять и поделить месторождения "Мегионнефтегаза", передав лицензии на них в две различные компании, невозможно. Инфраструктура у этих месторождений - трубопроводы, дороги - практически одна. Похожая ситуация и на Мозырском НПЗ. Совместное управление приведет к неизбежным конфликтам.
На мой взгляд, более реальный вариант - обмен активами. Например, ТНК-ВР выкупает долю "Сибнефти" в "Славнефти" или обменивает ее на какие-то свои добывающие предприятия. Или наоборот. Уверен, что в конечном итоге компании к этому и придут.
- Как вы вообще оцениваете перспективы "Сибнефти" после развода с "ЮКОСом"?
- Если владельцы "Сибнефти" все-таки решили продать компанию, то нужно делать это как можно скорее, так как цены на нефть находятся на пике. Так что расходиться с "ЮКОСом" нужно поскорее.
- А как вы вообще оцениваете ситуацию, сложившуюся вокруг "ЮКОСа"?
- Компания совершенно не связана с теми обвинениями, которые предъявляют конкретно Михаилу Ходорковскому, Леониду Невзлину и Платону Лебедеву. Что же касается налоговых претензий, то компания "не платила налоги" в рамках законодательной базы, которая существовала тогда. Сегодня появились новые веяния, но, я считаю, надо обозначить эти правила игры для всех. После этого, кто не угомонился, тот - виноват.
Что же касается прошлых долгов и обязательств, то нефтяные компании могут отдать государству часть своей миллиардной прибыли. Не принципиально, как она будет внесена - в форме налогов или как социальная выплата.
Важно, чтобы потом к "ЮКОСу" не было претензий. И то, что некоторые компании готовы заплатить, я считаю совершенно нормальным. Я бы заплатил государству столько, сколько оно бы попросило, и даже еще от себя бы добавил, чтобы спокойно работать. Главное - чтобы деньги попали к народу России.
В любом государстве системообразующие и бюджетообразующие компании должны быть лояльны власти и быть ее опорой. Находиться в оппозиции недостойно. Не нравится власть - уйди из бизнеса, баллотируйся в депутаты и займись политикой. Но неправильно это делать, если ты занимаешься бизнесом и государство дает тебе возможность заработать миллиарды долларов. Зачем же плевать в колодец, из которого ты пьешь воду?
А что касается перспективы "ЮКОСа" как компании, то она будет так же хорошо работать. От того, что в ней поменяется 5-6 менеджеров или сменится часть собственников, ничего не изменится. "ЮКОС" надо сохранить.
Компания "РуссНефть" была создана в сентябре 2002 г. экс-главой "Славнефти" Михаилом Гуцериевым. В состав "РуссНефти" входят пять добывающих предприятий: "Варьеганнефть", чья добыча в прошлом году составила 1.84 млн т нефти и 0.5 млрд куб. м газа, 65% ЗАО "Голойл" с добычей 400 тыс. т нефти в год, а также "Ульяновскнефть", "Ульяновскгеонефть" и ЗАО "СП "Нафта-Ульяновск" с общей добычей 650 тыс. т нефти в год. Финансовые результаты "Русснефти" за 2003 г. не раскрываются.
Справка:
Михаил Гуцериев родился 9 марта 1958 г. в г. Целинограде Казахской ССР в многодетной семье. В 1976 - 1992 гг. работал в Грозненском производственном объединении, где прошел путь от простого рабочего до генерального директора. В конце 80-х он основал один из первых в стране кооперативных банков.
В 1992 г. создал в Москве промышленно-финансовую компанию "БИН" (Банк инвестиций и инноваций). В 1994 г. постановлением правительства РФ он был назначен главой администрации зоны экономического благоприятствования "Ингушетия".
В 1995 г. был избран депутатом Госдумы, где занимал пост вице-спикера. В 2000 г. в качестве независимого кандидата был избран депутатом Госдумы по одномандатному округу.
С 14 января 2000 г. по май 2001 г. занимал пост президента "Славнефти".
