Нефть и капитал. Последний кусок.

Продажа на аукционе 74,95% акций ОАО "Нефтегазовая компания "Славнефть" за $1,86 млрд стала ключевым экономическим событием года, вызвав и широкий общественный резонанс. Почти все ведущие ньюсмейкеры отреагировали на это событие, многие подчеркивали и его политическую составляющую. При этом главные вопросы касались того, был ли использован административный ресурс для отсечения от участия в борьбе наиболее опасных конкурентов победителей и оптимальна ли цена, полученная государством в ходе приватизации.
Тот факт, что у победителя - альянса "Сибнефти" и ТНК - непосредственно на аукционе не оказалось конкурентов, позволяет на первый вопрос ответить положительно. Что касается цены, то ее оптимальность - вопрос во многом философский. Цена - размер компенсации за актив, с которым соглашаются одновременно и продавец и покупатель. Если сделка совершена, значит и цена оптимальна. Собственно, единственное, чем оказался плох аукцион по "Славнефти", так это тем, что не случилось чуда - победили основные претенденты, да и переплатили не слишком. С одной стороны, можно сказать, что нет никакой интриги, с другой - что отечественная "нефтянка" развивается по предсказуемым сценариям.
На сегодняшний день сделка по приватизации "Славнефти" по большому счету еще не завершена. "Сибнефть" и ТНК так или иначе должны будут разделить свой новый актив. Возможно, что-то еще достанется и третьим сторонам - "Межпромбанку" и структурам прежнего президента "Славнефти" Михаила Гуцериева.
Еще в ноябре исполнительный директор ТНК Герман Хан назвал коалицию с "Сибнефтью" в борьбе за "Славнефть" маловероятной, намекая на возможность союза с другим претендентом - "Сургутнефтегазом".Как представляется, это был маневр, связанный с планами создания другой коалиции - между "Сибнефтью" и кредитующим ее "ЮКОСом". Первоначально утверждалось, что "ЮКОС" может одолжить "Сибнефти" до $1 млрд. Но с приближением аукциона об этой цифре говорить перестали, равно как и о возможности союза ТНК-"Сургутнефтегаз".
Традиции - великое дело
Все остальные претенденты отпали быстро. "ЛУКОЙЛ", видимо, всерьез никогда не планировал стать собственником "Славнефти". Сложнее с "Сургутнефтегазом", который был заинтересован в укрупнении собственного бизнеса и располагал свободной наличностью. Однако, в отличие от ТНК и "Сибнефти", "Сургут" не имел акций дочерних предприятий "Славнефти", и в случае победы перед "Сургутом" сразу же вставала проблема контроля над основными активами компании. Если учесть, что у "Сургута" нет опыта решения этих проблем в условиях агрессивного противостояния миноритарных, но крупных акционеров, к тому же весьма "олигархического" свойства, решение компании сойти с дистанции выглядит вполне адекватным. "Сургутнефтегаз", как уже не раз бывало в его истории, предпочел не ввязываться в борьбу с сильными соперниками (см. также "Прощание "Славянки" в N 12,2002 г.).
Достаточно неожиданно в игру вступили китайцы - после визита Владимира Путина в Пекин Китайская государственная нефтяная компания CNPC приняла решение об участии в аукционе. Китайцы были способны не только выложить более $2,5 млрд за контрольный пакет "Славнефти", но и восстановить реальный контроль над компанией в случае реализации схемы увода активов (в этом деле им просто вынуждены были бы помогать российские власти - во избежание международного скандала). Вот против CNPC и был брошен административный ресурс. Вначале большинство депутатов Госдумы, словно по команде некоего дирижера, в один голос выступили против участия в конкурсе иностранной госкомпании. Но последнюю точку поставили представители правительства. Заместитель руководителя его аппарата Алексей Волин публично дал понять, что участие государственной компании в приватизации другой - просто бессмысленно. Ведь приватизация - это же, как видно из названия, переход в частное владение. Да и российскому законодательству участие госкомпании в приватизации противоречит.
CNPC в итоге отступила, но "китайский эпизод" в процессе приватизации "Славнефти" имеет ярко выраженный политический подтекст. Вынужденный отказ CNPC от участия в аукционе может создать существенные проблемы в отношениях между российским президентом и новоиспеченным лидером Китая Ху Цзиньтао-причем там, где их особенно не ждали. Именно поэтому в СМИ активно обсуждаются варианты компенсации китайцам за упущенные возможности. В частности, китайская сторона безусловно хотела бы, чтобы правительство России поддерживало проект, нефтепровода .Ангарск-Дацин, а не альтернативные ему варианты Ангарск-Находка и/или Западная Сибирь-Мурманск (см. также "Что нам стоит порт построить?" в "НиК" N 10, 2002 т.). В ближайшие месяцы мы, очевидно, узнаем, были даны китайцам какие-то гарантии или нет.
Возвращаясь к теме участия госкомпаний в приватизации, следует добавить, что высказывания правительственных чинов по этому вопросу относились не только к иностранной CNPC, но и к отечественной "Рое-нефти". Правительство предельно ясно дало понять, что "Роснефть" - нежелательный участник аукциона и что приватизировать "Славнефть" на государственные деньги не удастся. Отстранение роснефтевской структуры от участия в конкурсе в худших отечественных традициях произошло с использованием судебной власти: в нужную минуту РФФИ получил нужное судебное решение относительно аффилированной с "Роснефтью" компании, которая собиралась участвовать в торгах. Пострадала ли от этого решения "Роснефть" - вопрос открытый (хотя, если бы государство хотело объединить "Роснефть" и "Славнефть", никакой приватизации проводить было бы не нужно). Не сильно пострадал и имевший виды на "Славнефть" "Межпромбанк", традиционный партнер "Роснефти" последних месяцев (см. также "Без добычи никто не ушел").
Так или иначе, но непосредственно к аукциону у альянса"Сибнефть"-ТНК конкурентов попросту не осталось.
О цене
С одной стороны, $1,86 млрд-это вторая по величине сумма, полученная в ходе приватизационных сделок (рекорд "Связьинвеста" образца 1997 года так и не был превзойден). РФФИ утверждает, что сделка вполне успешна. В то же время такие разные экономисты, как Алексей Кудрин, Андрей Илларионов, Александр Жуков и Михаил Задорнов, полагают, что бюджет мог бы выручить и побольше средств от аукциона. Президент Владимир Путин занял двойственную позицию: "продавец всегда хочет получить побольше, а покупатель - заплатить поменьше", и в данном случае "хотелось бы побольше", но в результате деньги получены "неплохие". К качеству организации аукциона у Путина "претензий никаких нет". Позиция президента может быть связана с тем, что открытая и жесткая война с Семьей накануне парламентских и президентских выборов ему невыгодна. Возможно, есть и еще одна причина: РФФИ и правительство трудно формально в чем-то упрекнуть: "Роснефть" снял с дистанции суд, а другие компании отказались от участия в аукционе внешне совершенно добровольно.
Проблема цены контрольного пакета компании имеет и еще один аспект. Продажа акций "Славнефти" носила значимый характер для решения долговой проблемы 2003 года. Недаром выставление контрольного пакета акций на аукцион единым лотом мотивировалось тем, что в течение года в силу различных причин не удавалось продать 5,9% акций "ЛУКОЙЛа" и в финансовом резерве страны образовывалась дыра. Однако в декабре, за считанные дни до продажи "Славнефти", в результате стремительной операции, проведенной РФФИ-и Morgan Stanley, лукойловский пакет все же был продан. Сразу же после этого события Михаил Касьянов, не скрывая удовлетворения, заявил на заседании правительства, что 2003 год уже можно не называть "критическим". После продажи "Славнефти" он же повторил, что долговая Проблема- 2003 решена. "Учитывая исполнение федерального бюджета, поступление средств от проведенной приватизации, а также денежных средств, которые будут получены в начале 2003 года, финансовый резерв будет сформирован в том объеме, в котором он запланирован", - сказал после продажи акций "ЛУКОЙЛа" и вице-премьер, министр финансов Алексей Кудрин.
По оценке Касьянова, продажа лукойловского пакета размером 5,9% пополнит резерв на $770-775 млн. Это очень похоже на разницу между оценочной стоимостью "Славнефти" по версиям фирм, привлеченных РФФИ, с одной стороны, и Счетной палаты, с другой. Если бы государству не удалось продать "немножко ЛУКОЙЛа", вопрос о повышении цены в ходе аукциона мог бы приобрести существенное значение для формирования финансового резерва. Теперь же для того, чтобы избежать неприятных объяснений с кредиторами, вполне хватило и $1,86 млрд, хотя, как не устает повторять Алексей Кудрин, лишних денег в бюджете все равно не бывает. Кстати, именно перечисление вырученных от продажи "Славнефти" денег в финансовый резерв делает минимальными шансы на пересмотр результатов аукциона (например - по инициативе "Роснефти"). Ведь новые источники для расплаты с долгами искать в наступившем году будет уже некогда.
Впереди - большой раздел
По словам председателя правления ТНК Виктора Вексельберга, "тюменцы" рассматривают несколько вариантов постприватизационной судьбы "Славнефти". Один из вариантов заключается в присоединении активов "Славнефти" кТНК или "Сибнефти" с последующей передачей определенного пакета акций в объединенной компании партнеру. Таким образом, не исключено присоединение "Славнефти" как к "Сибнефти", так и к ТНК. Другим возможным вариантом является раздел активов "Славнефти" на паритетных началах. В то же время Вексельберг отметил, что размен активов "Оренбургнефти" - это отдельный процесс, который пока не будет иметь отношения к реорганизации активов "Славнефти". Напомним, что именно в обмен на 40% "Оренбургнефти" "Сибнефть" хочет получить 8,6% акций TNK International - договоренность об этой сделке достигнута в октябре 2002 года (подробнее см. "Сибнефть" стала немножко TNK" в N 12,2002 т.).
Президент "Сибнефти" Евгений Швидлер выдвинул два своих варианта судьбы "Славнефти". Первый из них соответствует одному из вариантов Вексельберга - "Сибнефть" и ТНК делят "Славнефть" пополам. Но есть маленькое дополнение - ТНК должна выкупить и половину бывшего белорусского пакета акций, который пока принадлежит "Сибнефти". То есть заплатить еще $103,2 млн. Второй вариант Швидлера предполагает, что "Славнефть" целиком вольется в "Сибнефть", а ТНК получит акции объединенной компании. Президент "Сибнефти" выразил уверенность, что договориться с партнером удастся в течение ближайших недель. Вариант с переходом "Славнефти" под контроль ТНК, таким образом, Швидлер даже не рассматривает(похоже, что и для Вексельберга это только переговорная позиция).
Из этих заявлений можно сделать два основных вывода. Первый очевиден - компании пока не договорились о том, что они будут делать со "Славнефтью", и процесс торга между ними может занять длительное время. Напомним, что по вопросу о контроле над "ОНАКО" "Сибнефть" и ТНК уже в течение двух лет не могут оформить соглашение.
Второй вывод заключается в том, что в ходе начавшегося торга обсуждается вопрос о том, чтобы включить вопрос о судьбе "Славнефти" в общий контекст диалога между "Сибнефтью" и ТНК-в этом случае в качестве элемента торга может рассматриваться и ОНАКО. При этом ТНК явно не устраивает простое включение в состав миноритарных акционеров "Сибнефти" в обмен на акции "Слав-нефти" - такая компенсация выглядит явно неравноценной (по крайней мере, без получения блокирующего пакета акций).
Однако, даже если нынешним совладельцам "Славнефти" удастся разрешить данную проблему более или менее гладко, другая все равно останется. По словам первого вице-президента ТНК Иосифа Бакалейника, в связи с приобретением пакета "Славнефти" задолженность TNK International в течение 2003 года возрастет до $3 млрд. А согласно данным международного рейтингового агентства Standard&Poor's, уже к концу 2002 года сумма полного долга "Сибнефти" могла достичь $2,5 млрд.
Неудивительно, что сразу же после аукциона по продаже "Славнефти" Standard&Poor's объявило о пересмотре прогноза изменения рейтинга "Сибнефти" с "развивающегося" на "негативный", о присвоении TNK International "стабильного" прогноза и об исключении ТНК из списка CreditWatch, куда компания была помещена 6 декабря 2002 года с позитивным прогнозом. Как отмечает Standard&Poor's, увеличение задолженности сводит на "нет" позитивное влияние увеличения диверсификации активов и базы денежных потоков на характеристики бизнеса обеих компаний. Рейтинговые решения для обеих компаний также отражают неопределенность будущей стратегии в отношении приобретенных активов, доступа к денежным потокам, генерируемым на уровне дочерних предприятий "Славнефти", потенциально существенных потребностей компании в капиталовложениях.
Впрочем, после того, как раздел "Славнефти" состоится, неблагоприятные прогнозы могут быть пересмотрены. Тот же Вексельберг предполагает, что задолженность ТНК снизится до нынешнего уровня - около $2,5 млрд - уже через год. Для перспектив дальнейшего развития компаний важно только, чтобы "Сибнефть" и ТНК смогли договориться, пока держатся высокие цены на нефть - они помогут "переварить" покупку "Славнефти" с минимумом издержек.
***
Без добычи никто не ушел
Еще летом претендовавший на контроль над "Славнефтью" "Межпромбанк" никак не проявил себя в процессе приватизации компании. Данный факт позволяет предположить наличие предварительных договоренностей между "Межпромбанком" и бывшим руководителем "Славнефти" Михаилом Гуцериевым (имевшем, кстати, долю в трасте, управляющем крупными пакетами акций "дочек" "Славнефти"), с одной стороны, и победителями аукциона по продаже "Славнефти" - "Сибнефтью" и ТНК, с другой. Последние, очевидно, должны были чем-то поделиться. Они и поделились.
Из "Славнефти" накануне приватизации была выведена компания "Варьеганнефть". Приобретенная "Славнефтью" в начале 2002 года, эта компания "по решению третейского суда была возвращена прежним владельцам". Если учесть, что, по некоторым данным, "Славнефть" купила "Варьеганнефть" не напрямую у ее владельцев (в лице "Нафта-Москвы"), а через посредников, в роли которых выступили структуры, близкие к Гуцериеву, возглавлявшему в момент этой сделки "Славнефть", то совершенно понятно, что к Гуцериеву "Варьеганнефть" и вернулась. В ноябре 2002 года, когда в судьбе "Варьеганнефти" случился этот крутой поворот, решение третейского суда комментировал Виктор Вексельберг, председатель правления ТНК, на тот момент имевшей к "Славнефти" весьма опосредованное отношение. Тогда это вызвало удивление, сегодня же все выглядит вполне закономерно: ТНК и "Сибнефть" заблаговременно начали договариваться с потенциальными конкурентами по покупке "Славнефти". Причем даже не за месяц до аукциона, а гораздо раньше.
Подтверждением тому может служить последняя смена собственника в нефтедобывающей компании "Белые ночи".
Одно из старейших совместных предприятий по добыче нефти в России, "Белые ночи" в 1998 году целиком было выкуплено хорватской компанией INA. Хорваты стабилизировали падающую добычу "Белых ночей", но в конце 2001 года впервые столкнулись с проблемами доступа в нефтепроводную систему "Транснефти". Дальнейшее развитие событий не оставляет повода сомневаться в том, что эти проблемы были искусственно созданы "Белым ночам" структурами, нацелившимися на приобретение данной компании. INA, не имея в России практически никаких рычагов влияния, вынуждена была продать "Белые ночи".
Первой в списке потенциальных покупателей оказалась тогда еще государственная "Славнефть" под руководством Михаила Гуцериева. "Славнефть" предлагала за "Белые ночи" $3-4 млн - на порядок ниже оценки активов компании западными аудиторами. Сделка, по понятным причинам, не состоялась.
Затем на сцене появилась ТНК. Дело обстояло следующим образом. В середине марта прошлого года "Сибнефтепровод", дочернее предприятие "Транснефти", прекратил прием нефти "Белых ночей" по причине "несоответствия техническим нормам" узла учета нефти, расположенного на врезке в магистральную систему. В этот период предприятие вынуждено было остановить ряд своих скважин. А в апреле ТНК официально объявляет о начале переговоров с хорватами о покупке "Белых ночей" и даже называет ориентировочный срок их завершения - 1 мая 2002 года. Казалось, ТНК абсолютно уверена в успехе, и ничего не может ей помешать.
Однако сделка не состоялась. Руководители ТНК объясняли потом, что их не устроила цена, предложенная хорватской INA. При этом "Транснефть" продолжает отказывать "Белым ночам" в приеме нефти.
Летом место ТНК на переговорах с INA заняла "Роснефть". Госкомпания хотела приобрести 51% в "Белых ночах". Но и на этот раз договориться сторонам не удалось. Ограничения на прием нефти "Белых ночей" по-прежнему действуют. В итоге за первые 9 месяцев 2002 года "Белые ночи" добыли лишь 163,2 тыс. тонн нефти, что составило 28,7% (!) от аналогичного показателя 2001 года.
Только в августе 2002 года INA продала "Белые ночи". Покупателем стал российский филиал швейцарской компании Personal and Business Solutions (PBS), аффилированной с "Межпромбанком", заплативший за "Белые ночи" $74 млн. Данная сделка, очевидно, готовилась не один месяц, поэтому ее следует рассматривать не иначе как в комплексе с развернувшейся весной-летом 2002 года борьбой за оперативный контроль над "Славнефтью" между группой "Межпромбанк"-Гуцериев (которых де-факто поддерживала "Роснефть") и "Сибнефтью" (которую де-факто поддерживала ТНК).
Финал этой борьбы многогранен. Во-первых, "Сибнефть" посадила в "Славнефть" своего президента. Во-вторых, этот новый президент дал добро на вывод "Варьеганнефти" в пользу Гуцериева. В-третьих, ТНК отказалась от "Белых ночей" фактически в пользу "Межпромбанка" (кстати, в ноябре "Транснефть" возобновила прием нефти "Белых ночей"). И, наконец, в-четвертых, Гуцериев продал "Сибнефти" свою долю в трасте, управляющем акциями "дочек" "Слав-нефти", тем самым еще более укрепив стартовые позиции последней на приватизационном аукционе. По совокупности можно говорить о мирном разделе активов между противоборствующими группами. Коль скоро это так, резонно предположить, что дополнительным условием этого раздела стали гарантии со стороны "Межпромбанка" не препятствовать покупке "Славнефти" "Сибнефтью" и ТНК- такие гарантии органично вписываются в логику процесса. Впрочем, возможно, эти гарантии были получены "Сибнефтью" и ТНК не сразу. В конце ноября 2002 года по иску одного из миноритарных акционеров ОАО "Варьеганнефтегаз" арбитражный суд ХМАО вынес решение о принятии данным предприятием на ответственное хранение промыслового оборудования, нефтепроводов и другого имущества, ранее переданного им, согласно договору аренды от 1996 года, "Белым ночам". На том же заседании суд, в качестве обеспечительной меры, предписал вновь отлучить "Белые ночи" от "трубы". Анализируя это событие, стоит учесть, что "Варьеганнефтегаз" - это дочернее предприятие "Сиданко", то есть, по сути, - та же ТНК.
Примечательно, что за неделю до аукциона по "Славнефти" арбитражный суд ХМАО свое решение о приостановке приемки нефти "Белых ночей" отменил, ну а роль "Межпромбанка" на этом аукционе, как мы знаем, свелась к нулю. Удастся ли в дальнейшем "Межпромбанку" сосуществовать с нефтяными грандами в Западной Сибири - покажет время. Но на сегодняшний день альянс "Межпромбанка" и Гуцериева обладает весьма внушительными нефтяными активами. Это "Варьеганнефть", которая в прошлом году добыла более 1,5 млн тонн нефти, и "Белые ночи". По "Белым ночам" 2002 год, испорченный ограничениями на сдачу нефти "Транснефти", в зачет брать не стоит, а вот в 2001 году компания добыла 759 тыс. тонн нефти. Суммарный нефтяной потенциал этих компаний таким образом превышает 2,2 млн твг - из "неинтегрированных" нефтедобывающих компаний такими объемами могут похвастаться единицы.